Всю неделю Крест лежал посреди храма. Мы ему кланялись. На Древе Крестном нам простили долг, который не отдать никогда. Казалось бы, после такого прощать легко.
А не получается.
На Святой Горе, вспоминает митрополит Лимассольский Афанасий, жил старый монах. Добрый был, только немного чудной. В пекарне всем давали по четыре хлеба на неделю. А ему понадобилось шесть.
Всю дорогу он ставил в голове спектакль. Пекарь откажет. Я обижусь. Два дня ни с кем не буду разговаривать.
Пришел: Дай шесть хлебов.
Да бери десять! У нас много.
Монах заранее обиделся на отказ, которого не было. Нам знаком этот спектакль. Начальник точно не отпустит. Сестра опять скажет, что ей некогда. Человек еще рта не открыл, а мы уже держим его за горло.
Если мы так легко выдумываем чужие долги, настоящие нам и подавно не отпустить.
В сегодняшнем Евангелии раб должен царю десять тысяч талантов. Столько не заработать и за тысячу жизней. Он падает в ноги: Потерпи на мне, и все тебе заплачу. Просит отсрочки. А царь прощает все.
Раб выходит. Встречает товарища, который должен ему сто динариев. Сто дней работы. Хватает за горло: Отдай!
Товарищ падает ему в ноги: Потерпи на мне.
Те же слова. Только что он сам их говорил. И не узнал.
Мы на исповеди шепчем: Господи, потерпи на мне, я исправлюсь. И уходим прощенными. А днем коллега пишет: Потерпи, доделаю к пятнице. Сосед кричит из машины: Минуту, сейчас отъеду! И мы уже держим их за горло. Не руками, так словами.
Царь назовет раба злым не за долг. За то, что не помиловал. И весь прощенный долг снова ляжет на него.
А на Кресте Христос молится о палачах: Отче! прости им, ибо не знают, что делают. Он не просто просит им прощения. Он еще находит им смягчающее обстоятельство.
Монах выдумал пекарю вину, которой не было. Христос нашел слово в защиту тех, чья вина была очевидна.
Мы обычно как тот монах. А можно попробовать по-другому. Один человек. Одно оправдание.
