(Мф.9,27-35)
Пыльная дорога. Они бегут за Тем, Кого не видят. Спотыкаются. Держатся друг за друга. Кричат: Помилуй нас, Сын Давидов!
Зрячие вокруг видят плотника из Назарета. А эти двое, незрячие, разглядели Царя. Странно. Глаза иногда только мешают.
Христос молчит. Идет дальше. Слышит и молчит.
Знакомо… Мы кричим, а небо молчит. И мы сдаемся где-то на втором километре. А они дошли до самого дома.
И там Он оборачивается и спрашивает: Веруете ли, что Я могу это сделать?
Могу. Вот где все решается.
В то, что Бог есть, мы верим. Свечку ставим. А в то, что Он может не очень. Молимся, как монетку в фонтан бросаем. Вдруг сработает. И запасной план держим наготове.
А слепые ответили два слова: Ей, Господи. Да, Господи. Самый короткий символ веры.
И Он коснулся глаз: По вере вашей да будет вам. Не по заслугам. По вере. Сколько открыли, столько влилось. Святитель Феофан Затворник говорит: вера — это легкие. У кого-то вдох во всю грудь, у кого-то на донышке. Воздуха вокруг океан. А мы дышим по чайной ложке.
Сегодня память преподобного Сисоя Великого. Шестьдесят лет в пещере. Молитвой вернул к жизни умершего мальчика. А умирал, лицо светилось, и он просил Ангелов дать еще времени: Не знаю, положил ли я хоть начало покаяния. Шестьдесят лет «да, Господи», и считал, что еще не начал. Вот такие легкие бывают.
Слепые видят Царя. А мы с исправными глазами порой не видим ничего.
Там же, в конце, ко Христу привели немого бесноватого. Сам он ни прийти, ни попросить. Немой. Принесли на руках. У нас у всех есть такой немой. Сын. Муж. Подруга. Друг. Не молятся. Не могут. Онемели.
Значит, помолимся мы. Сегодня же. По имени.
