Нередко на иконе сегодняшнего праздника два человека обнимаются. Щека к щеке. Но, кажется, что их не соединяло ничто человеческое.
Один рыбак. Мозоли, сети, простая речь. Все его богословие: люблю. Другой профессор. Лучшие школы, языки, цитирует поэтов. Один три года ходил рядом со Христом. Другой христиан арестовывал и вел на смерть.
И вот Павел приходит в Иерусалим и живет у Петра пятнадцать дней. Так и написано: «пробыл у него дней пятнадцать» (Гал. 1,18). О чем они говорили, Писание молчит. Но один исследователь осмелился представить тот разговор.
Ночь, Иерусалим. Павел говорит: Кифа, меня поражает любовь Христова. Он простил меня, того, кто заковывал Его учеников в цепи. И Петр перебивает: ах, брат Савл, я был хуже тебя. Ты Его не знал и гнал по неведению. А я три года ходил рядом, видел Его славу на горе, ел с Ним из одного блюда, и я же сказал, что не знаю Его.
Два первоверховных апостола. И спорят они не о том, кто главнее. Кто больше прощен.
Вот и весь секрет.
Мы думаем, что единство – это когда все одинаковые. И когда сосед не такой, внутри что-то щелкает: не наш.
А эти двое остались разными до конца. Однажды в Антиохии Павел сказал Петру в лицо все, что думал, при всех (Гал. 2,11). Разногласие было настоящим. И что? Церковь не рухнула. Любовь не кончилась. Петр в конце жизни напишет «возлюбленный брат наш Павел» (2 Пет. 3,15). Потому что держались они не друг за друга, а за Христа. Когда двое держатся за одну руку, им не обязательно совпадать характерами.
А мы хотим, чтобы дома, на работе, в приходе все были похожи на нас. Чтобы все были удобные. Христос почему-то собирает других. Неудобных, непохожих, рыбаков и профессоров, тихих и громких. Кажется, Он делает это нарочно.
Потому что единство рождается не там, где все совпали. Оно рождается там, где все прощены и помнят об этом.
Может, поэтому они и обнимаются на иконе. Потому что обоих простили. Одного у костра на берегу, троекратным «любишь ли Меня». Другого светом на дороге в Дамаск.
Если в храме рядом стоит человек, который нас раздражает, это не помеха празднику. Это и есть праздник.
