Два слова. Мы поем их так часто, что ухо перестало их слышать.
Чья память? Наша?
Назовите имя своего прадеда. Не дедушки. Прадеда. А того, кто жил пятью поколениями раньше?
Не помним…
Мы забываем, где оставили ключи. Забываем перезвонить маме.. И вот мы обещаем кому-то вечную память?
Нет. Это не наше обещание. Это молитва. Тихий крик к Тому, Кто не забыл еще ни одного человека: «Господи, помяни Ты. Потому что я забываю».
Есть Тот, у Кого никто не выпал из памяти. Ни воин, павший в безымянном поле. Ни странник, чьи кости остались в пустыне. Ни тот, кого схоронили без отпевания и без слез. Их нет ни в одном помяннике. Кроме одного. Божьего.
Сегодня, накануне дня рождения Церкви, наша Матерь Церковь обнимает всех. И царей, и архиереев, и иереев, и иеромонахов, и монашествующих, и младенцев, и стариков, и тех, чьи имена забыли, и тех, кого предали. За каждого сегодня принесена Чаша.
«Если пшеничное зерно… умрет, то принесет много плода». Наш усопший родственник не закопан в землю. Он посеян. Поэтому хватит говорить «я потеряла близкого». Потеряла? Где? Он не потерян. Он ушел прежде тебя. И ждет.
Это не конец. Это сон. Долгий, но временный. Каждое утро, просыпаясь, мы уже репетируем свое воскресение. А сами и не замечаем.
Сегодня помянем не только тех, кого любим. Помянем и ту свекровь, которую было трудно любить. И того, кто ушел, оставив рану. Знаете, какая лучшая плата за обиду? Помянуть обидчика в своей молитве. Перед Богом.
Сегодня мы молимся об ушедших. Завтра кто-то помянет нас.
Напишите еще одну записку о упокоении. И впишите туда не только своих. Впишите того, о ком вы точно знаете, что помянуть его некому. Соседа. Дальнего родственника. Чужого человека, чей голос когда-то вас утешил.
Вот она, наша «Вечная память». Не в нашей слабеющей памяти, а прямо в Божьей ладони. Там, где не забыт никто.
А вечером, перед сном, у иконы Спасителя, прочтите имена усопших. Просто. Не торопясь. По списку. Это будет продолжением храмовой молитвы. Литургия выходит из храма и приходит к нам домой